Matvey
01.12.2005, 11:29
Наследники аристократов надеются вернуть собственность
1.12.2005 10:03 | BBCRussian.com
Потомки аристократических российских фамилий, лишившихся собственности и земельных владений во время революции 1917 года, предложили государству свой вариант реституции.
"Власти страны могут расплатиться с наследниками пострадавших от экспроприации людей, введя новый вид ценных бумаг, реституционные сертификаты, которые можно было бы использовать для уплаты налогов", - считает петербургский адвокат Андрей Сорокин, заместитель главы петербургского отделения Российского имперского союза-ордена. Юрист озвучил эту идею на конференции по вопросам реституции, организованной недавно в Петербурге информационным агентством Росбалт.
Исходя из европейского опыта реституции, известно, что существует множество вариантов возмещения ущерба - от возвращения собственно недвижимости или земель до предоставления финансовых компенсаций, налоговых льгот или ценных бумаг, поясняет Сорокин.
По его мнению, реституционные сертификаты могли бы стать взаимоприемлемым механизмом в свете того, что намерений хотя бы обсуждать с наследниками вопросы, связанные с недвижимостью, землей или деньгами российское руководство пока не продемонстрировало.
Реституция - дело всех и каждого?
Неловкость ситуации состоит в том, что периодические попытки наследников затеять с государством разговор на тему реституции неизменно терпят полный крах.
Кроме того, с весны 2004 года, когда губернатор Петербурга Валентина Матвиенко впервые предложила распродавать ветшающие архитектурные памятники, никто из госчиновников так и не вспомнил о потомках законных владельцев этих зданий. Во всяком случае, в официальных выступлениях представителей властных структур эти люди не фигурируют.
Галина Архипенко, начальник сектора недвижимости Комитета по культуре в правительстве Санкт-Петербурга, комментирует притязания жертв экспроприации, едва скрывая возмущение.
Перечислив почти два десятка конфискованных большевиками дворцов и особняков, где сегодня располагаются знаменитые петербургские музеи, театры и художественные галереи, сотрудница администрации пожимает плечами. "Невозможно даже представить себе хаос, который возникнет, если дворцы начнут возвращать их дореволюционным хозяевам, - говорит Архипенко. - А их стоимость такова, что государство вовек не расплатится".
Борцы за права собственников стремятся расширить ряды своих сторонников, добиваясь личной заинтересованности в этом деле как можно большего числа россиян. Учитывая масштабы большевистской кампании "Грабь награбленное!", сделать это нетрудно.
"Принято считать, что компенсаций могут потребовать только представители дворянских семей, однако не стоит забывать, что большевики присвоили всю частную собственность в огромной стране, - напоминает Константин Троицкий, секретарь некоммерческого партнерства "Наше наследие" Санкт-Петербурга. - В 1913 году в России 90% земель находились в собственности крестьян. Большевики отобрали у них земли, и теперь потомки вправе претендовать на возмещение ущерба, поскольку современная Россия объявила себя правопреемницей предшествующего режима".
Распродажа чужого
Диалога с государством у сторонников реституции пока не получается. Чиновники высшего эшелона у бывших собственников не спрашивают даже совета.
"Власти ведут себя таким образом, словно наследников не существует; как если бы большевики сами построили все эти дворцы, и теперь, когда государству больше не под силу содержать их, им приходится прибегать к распродаже, - считает княжна Вера Оболенская, глава петербургского представительства французской туристической компании CGTT Voyages. - Но дело как раз в том, что большевики не построили, а присвоили эти дворцы без суда и следствия, просто выпустив декрет. А сейчас наследников даже не хотят выслушать. Даже речи не идет о том, чтобы предоставить нам хотя бы совещательный голос".
Кредитоспособность обнищавших потомков дореволюционных столпов общества не выдерживает сравнения с толстыми кошельками современных нуворишей. Участвовать в приватизационной гонке за свои полуразрушенные пенаты на равных с крупными компаниями эти люди не смогут.
Депутат Государственной Думы от фракции "Родина" Александр Чуев полагает, что если этические аргументы не возымеют действия, поборникам реституции придется апеллировать к инстинкту самосохранения.
"На реституцию нужно согласиться хотя бы из соображений собственной безопасности и ради спокойствия своих детей, - уверен депутат. - Пока этого не произойдет, ни один российский собственник не может быть уверен в завтрашнем дне. В конце концов, нет никакой гарантии, что следующая Дума или новый президент не предпримет очередную национализацию".
По мнению Чуева, за необходимость реституции должны ратовать в первую очередь те, кто сколотил приличное состояние за годы посткоммунистических реформ. "Когда обсуждался закон о распитии пива на улице, в Думе сидели все пивные бароны", - напоминает Чуев.
По прогнозам российского Министерства культуры, приватизация архитектурных памятников может начаться уже в середине будущего года. Министр культуры России Александр Соколов заявил в июле, что российское общество наконец готово к такому сценарию и призвал ускорить старт кампании по передаче в частные руки ветшающих зданий, представляющих историческую и художественную ценность.
1.12.2005 10:03 | BBCRussian.com
Потомки аристократических российских фамилий, лишившихся собственности и земельных владений во время революции 1917 года, предложили государству свой вариант реституции.
"Власти страны могут расплатиться с наследниками пострадавших от экспроприации людей, введя новый вид ценных бумаг, реституционные сертификаты, которые можно было бы использовать для уплаты налогов", - считает петербургский адвокат Андрей Сорокин, заместитель главы петербургского отделения Российского имперского союза-ордена. Юрист озвучил эту идею на конференции по вопросам реституции, организованной недавно в Петербурге информационным агентством Росбалт.
Исходя из европейского опыта реституции, известно, что существует множество вариантов возмещения ущерба - от возвращения собственно недвижимости или земель до предоставления финансовых компенсаций, налоговых льгот или ценных бумаг, поясняет Сорокин.
По его мнению, реституционные сертификаты могли бы стать взаимоприемлемым механизмом в свете того, что намерений хотя бы обсуждать с наследниками вопросы, связанные с недвижимостью, землей или деньгами российское руководство пока не продемонстрировало.
Реституция - дело всех и каждого?
Неловкость ситуации состоит в том, что периодические попытки наследников затеять с государством разговор на тему реституции неизменно терпят полный крах.
Кроме того, с весны 2004 года, когда губернатор Петербурга Валентина Матвиенко впервые предложила распродавать ветшающие архитектурные памятники, никто из госчиновников так и не вспомнил о потомках законных владельцев этих зданий. Во всяком случае, в официальных выступлениях представителей властных структур эти люди не фигурируют.
Галина Архипенко, начальник сектора недвижимости Комитета по культуре в правительстве Санкт-Петербурга, комментирует притязания жертв экспроприации, едва скрывая возмущение.
Перечислив почти два десятка конфискованных большевиками дворцов и особняков, где сегодня располагаются знаменитые петербургские музеи, театры и художественные галереи, сотрудница администрации пожимает плечами. "Невозможно даже представить себе хаос, который возникнет, если дворцы начнут возвращать их дореволюционным хозяевам, - говорит Архипенко. - А их стоимость такова, что государство вовек не расплатится".
Борцы за права собственников стремятся расширить ряды своих сторонников, добиваясь личной заинтересованности в этом деле как можно большего числа россиян. Учитывая масштабы большевистской кампании "Грабь награбленное!", сделать это нетрудно.
"Принято считать, что компенсаций могут потребовать только представители дворянских семей, однако не стоит забывать, что большевики присвоили всю частную собственность в огромной стране, - напоминает Константин Троицкий, секретарь некоммерческого партнерства "Наше наследие" Санкт-Петербурга. - В 1913 году в России 90% земель находились в собственности крестьян. Большевики отобрали у них земли, и теперь потомки вправе претендовать на возмещение ущерба, поскольку современная Россия объявила себя правопреемницей предшествующего режима".
Распродажа чужого
Диалога с государством у сторонников реституции пока не получается. Чиновники высшего эшелона у бывших собственников не спрашивают даже совета.
"Власти ведут себя таким образом, словно наследников не существует; как если бы большевики сами построили все эти дворцы, и теперь, когда государству больше не под силу содержать их, им приходится прибегать к распродаже, - считает княжна Вера Оболенская, глава петербургского представительства французской туристической компании CGTT Voyages. - Но дело как раз в том, что большевики не построили, а присвоили эти дворцы без суда и следствия, просто выпустив декрет. А сейчас наследников даже не хотят выслушать. Даже речи не идет о том, чтобы предоставить нам хотя бы совещательный голос".
Кредитоспособность обнищавших потомков дореволюционных столпов общества не выдерживает сравнения с толстыми кошельками современных нуворишей. Участвовать в приватизационной гонке за свои полуразрушенные пенаты на равных с крупными компаниями эти люди не смогут.
Депутат Государственной Думы от фракции "Родина" Александр Чуев полагает, что если этические аргументы не возымеют действия, поборникам реституции придется апеллировать к инстинкту самосохранения.
"На реституцию нужно согласиться хотя бы из соображений собственной безопасности и ради спокойствия своих детей, - уверен депутат. - Пока этого не произойдет, ни один российский собственник не может быть уверен в завтрашнем дне. В конце концов, нет никакой гарантии, что следующая Дума или новый президент не предпримет очередную национализацию".
По мнению Чуева, за необходимость реституции должны ратовать в первую очередь те, кто сколотил приличное состояние за годы посткоммунистических реформ. "Когда обсуждался закон о распитии пива на улице, в Думе сидели все пивные бароны", - напоминает Чуев.
По прогнозам российского Министерства культуры, приватизация архитектурных памятников может начаться уже в середине будущего года. Министр культуры России Александр Соколов заявил в июле, что российское общество наконец готово к такому сценарию и призвал ускорить старт кампании по передаче в частные руки ветшающих зданий, представляющих историческую и художественную ценность.